Бывшие крымские граждане возвращаются на полуостров
Проблемы как снежный ком
Валентина уехала из Крыма на заработки в Москву давно, ещё в середине девяностых. Зарабатывать дома никак не получалось: фабрика, на которой она трудилась после окончания школы, закрылась, новые хозяева остались должны рабочим по пять-шесть зарплат. Муж, работавший водителем на предприятии, тоже остался не у дел, запил и довольно быстро перешёл на лёгкие, а потом и нелёгкие наркотики. Чтобы спасти детей от папы-наркомана, Валя развелась с ним и переехала из двухкомнатной квартиры в бабушкину времянку на окраине. Правда, времянка была немаленькой, на четыре полноценные комнаты, но топить котёл, стирать и готовить на всю семью ей пришлось самостоятельно. Бабушка почти не вставала лет пять, а из мужчин в доме был только её младший сын, трёхлетний Миша.
Брат звал в село в далёком Черноморском районе — мол, много домов пустует, приезжай и живи, мы поможем. Но Валя видела, что ему самому тяжело, когда привозил на рынок мясо с трудом выращенных кур или поросёнка, замечала, что глаза его становились потухшими: на жизнь времени не оставалось — только на выживание.
Нашла работу продавщицей в ночном ларьке, другой не предлагали — в то время и учителя, и врачи торговали на рынке. А ещё народ повально «челночил»: возил за границу барахло, которым пока ещё были завалены полки в основном сельских магазинов. Валентина попробовала было съездить поторговать с неподъёмными сумками в Польшу, но так сорвала спину, что решила: если уж торговать, то лучше здесь, ближе к дому.
Появился у неё ухажёр — интересный парень спортивной внешности, возил какого-то начальника. Да, грубоват был, но на словах, Валентину и её детей не обижал, дарил подарки, в выходные вывозил вместе с детишками на море или в парк на карусели. Почти семья… Но, как говорится, недолго музыка играла — неудавшийся почти супруг погиб в одной из перестрелок: его шеф оказался с богатым криминальным прошлым и настоящим, он-то и успел сбежать, а водитель и охранники — не все.
А дальше всё покатилось, как снежный ком с горы: владелец ларька обвинил Валентину в недостаче, повесил долг в очень приличную сумму и требовал его погасить — узнал, что покровителя-то у неё уже нет. Валя пробовала одолжить у знакомых деньги, но те отказывали — мол, у самих нет. Обратилась к ещё недавним одноклассникам. Откликнулись только двое — замужняя бывшая подруга Настя да непутёвый Мишка. Настя привезла деньги в долларах, небрежно махнув рукой — потом отдашь, а Мишка, поскольку своих денег ещё не накопил, обзвонил однокашников и собрал для Вали немалую сумму. Она плакала от стыда и уверяла Мишку, что это много, очень много, но она всё отдаст, правда. Но как только рассчиталась с ларёчником, умерла бабушка. И тогда на пороге появилась мать, которая поссорилась с Валей, когда на свет появилась её старшая дочь. Отчитав Валентину за глупость, мать похоронила бабушку, оформила документы на времянку, чтобы у Вали было хоть что-то, и поставила перед дочкой вопрос: как дальше жить собираешься? Сама и ответила на него: мол, за детьми я пригляжу, а ты езжай на заработки в Москву, есть там подруга, пристроит. Конечно, не в Большой театр, но и не улицы мести. Оставшиеся деньги Валя потратила на перелёт в столицу, пообещав матери высылать деньги на содержание детей, да та только рукой махнула — новый муж обеспечивал её хорошо да и против детей не возражал, надо же чем-то заниматься в трёхэтажном доме.
Хорошо только дома
Начало столичной жизни Вали раем не казалось: она убирала квартиры в качестве домработницы, ухаживала за больными стариками, готовила для хозяев, отоваривалась на рынках и в супермаркетах, выгуливала чужих собак и скучала по своим детям. От старшей дочери она уже получала письма, от сына — рисунки. А потом Валентина вытащила, как ей показалось, счастливый билет — ей сделал предложение немолодой солидный мужчина, Валя досматривала его отца, заодно и готовила ему, одинокому. «На борщи повёлся», — говорила она шутя подружкам.
Но вот настоящей москвичкой так и не стала: супермаркет посещала только возле своего дома, рынок тоже ближайший, а по музеям и театрам муж и сам не ходил — и занят был, и не любил этого. Зато денег особо не жалел: Валя даже пару раз приезжала домой, в Крым, — купила детям и матери компьютер последней версии, чтобы могли видеть друг друга и разговаривать. Брала несколько раз детей в Москву, но мужу шумные ребятишки мешали и он уходил спать в другую комнату.
Впрочем, если о плюсах, Вале многое за эти годы удалось: рассчиталась с долгами, выдала дочь замуж, сына определила в приличный вуз, появился и первый внук. Но всё как-то виртуально — выезжать в Крым надолго не могла, так, на три-четыре дня, муж не любил отпускать её далеко. Хотя Вале стало казаться, что и её он не любил. По крайней мере с тяжёлой и унизительной работой расставаться не предлагал. А она копила «на лучшую жизнь», которую хотела провести в родном краю, несмотря на свою московскую прописку.
Однажды на сайте «Одноклассники» разыскала Мишку — ещё лет пять назад пыталась вернуть ему долг, но не могла найти. А тут наткнулась, стали переписываться. В Крыму тогда было неспокойно, на Украине бушевал Майдан, убивали людей. Мишка рассказывал, как и что происходит в Киеве, ездил туда не раз, но как будто что-то недоговаривал. Валя то кидалась собирать вещи, чтобы ехать в Крым, то уговаривала мужа скорее забрать детей с полуострова — там, мол, опасно. В общем, спала она в те дни мало — все крымские новости смотрела, терзала Мишку вопросами. А однажды утром узнала, что Крым вроде как заняли непонятно кто, на улицах танки. Впрочем, оказалось, что танков как раз и не было, мама успокоила — всё тихо, народ напряжён, ждёт чего-то. Но на Украине ещё хуже.
А потом на полуострове назначили референдум, президент России заявил, что готов принять Крым по просьбе его граждан в состав РФ. Друзья мужа, пафосные москвичи, любящие себя и свою удобную жизнь, только злобно шипели: зачем, мол, нам этот полуостров, чемодан без ручки? Осталась у Валентины одна отдушина — интернет с крымскими новостями да беседами с мамой и выросшими детьми. А ещё одноклассник Мишка, он оказался в каком-то ополчении, говорил, что охраняет объекты и улицы от украинских диверсантов, рассказывал, что их на удивление много.
И Валентина засобиралась, сказала мужу, что однозначно едет на новогодние праздники домой, тем более что Крым теперь для неё вовсе не заграница. А может, и насовсем останется, потому что хорошо человеку может быть только дома. Она уже обзвонила всех своих, её ждут, встречать будет Мишка.