Пиарщики как Тимошенко, так и власти проявляют невиданную активность. Одни заняты отбеливанием газовых соглашений, другие – наоборот. Что же было на самом деле в январе 2009-го?..
Стремление переписать историю не является чем-то необычным. Этим занимались еще со времен Римской империи, а возможно, и раньше. Исторические события обрастают выдумками, мифы превращаются в «факты», а что было в действительности, уходит в забвение или меняется до неузнаваемости. Раньше, как правило, переписывали прошлое, глубина которого измерялась десятилетиями и даже веками.
В наше время делается то же, только современные пиарщики переписывают и совсем недавнюю историю – буквально вчерашнюю или даже сегодняшнюю…
Показательный пример – газовые соглашения, подписанные под давлением тогдашнего премьер-министра Юлии Тимошенко руководством Нафтогаза в январе 2009 года. Пиарщики как госпожи Тимошенко, так и нынешней власти проявляют невиданную активность относительно этого недавнего события. Одни занимаются искусством отбеливания, другие – наоборот. Кроме того, власть раскручивает эту тему, чтобы отвлечь внимание общественности от собственных действий, которые так же, как и те соглашения, – очень далеки от интересов Украины.
Аргументы Тимошенко
В последние недели аргументы пиарщиков БЮТ против обвинений в связи газовых соглашений сводились к следующим тезисам.
Госпоже Тимошенко мешали Ющенко и Фирташ, на нее жали европейцы и россияне, у нее не было другого выбора, поэтому подписали то, что могли подписать. При правительстве Тимошенко (в 2009 году) среднегодовая цена на газ составляла 228 долларов за тысячу кубометров, а при власти Януковича, может достичь 300 долл.
Одновременно нас убеждают – соглашения в целом рыночные, а потому справедливые и лучше не могли быть.
Но если соглашения действительно рыночные, то при чем тут сетования, что якобы кто-то мешал или жал?
Являются ли газовые соглашения рыночными
В действительности тезис о рыночных условиях газовых соглашений от января 2009 года не выдерживает никакой критики.
Это было соглашение двух монополистов, один из которых фактически держит монополию на транспортировку голубого топлива из России в центрально- и западноевропейские страны, второй – на поставки газа в Украину. Обе структуры связаны одной цепью и будут зависеть друг от друга еще довольно долго. Потому условия газовых соглашений во многом определялись тем, кто и чьи интересы защищал во время переговоров и какие аргументы при этом использовал.
Очевидно, что формула, которая с согласия госпожи Тимошенко была выбрана для определения ценообразования, мягко говоря, вопиюще некорректна. А учитывая, что в ценах на газовом рынке бывшая «газовая принцесса» разбирается очень хорошо, списать эту некорректность формулы на неосведомленность просто невозможно.
Эта некорректность чувствуется во всем, начиная от применения в формуле газойля, который не используется в Украине. По европейской практике таких соглашений в формулу должны включаться те виды энергоресурсов, которые потребляются в стране, куда поставляется газ. Для Украины подошли бы нефть, мазут, уголь, но никак не газойль.
Кроме того, формула должна была бы учитывать объем потребления газа. Очевидно, что не может быть и на самом деле нет одинаковых цен для потребителей, покупающих у Газпрома несколько миллиардов и несколько десятков миллиардов кубов газа, а особенно, когда речь идет о наибольшем иностранном потребителе Газпрома. Крупный потребитель всегда имеет систему скидок и льгот от продавца. Но в нашем случае это вообще не отражено в формуле цены от Тимошенко.
Важный фактор, влияющий на цену – период поставки товара. Если в какую-то страну Газпром обязан поставлять газ в осенне-зимний период, то понятно, что цена должна быть одна. Но если страна закупает газ заранее, решая для Газпрома проблему ограниченности объемов потребления в весенне-летний период (добыча процесс непрерывный, потому газ нужно куда-то девать), – то понятно, что цена тоже должна корректироваться в сторону уменьшения.
А если вспомнить, что формула цены не учитывает фактора расстояния поставки (коотрое в ситуации с Украиной наименьшее), то назвать газовые соглашения стандартными, справедливыми, а тем более выгодными, было бы просто абсурдом и откровенным издевательством.
Особенным абсурдом выглядит то, что цена газа для Украины оказалась практически самой высокой среди всех газпромовских покупателей.
То же касается и тарифов на транспортировку газа. Нет никаких аргументов, почему в условиях формирования цены на газ по принципам, которые нам пытаются преподнести как стандартные для европейских стран, тарифы на его транспортировку меньше в разы тех, по которым Газпром оплачивает эти услуги другим европейским странам.
А еще в соглашениях от 2009 года предусмотрен принцип take or pay, то есть Нафтогаз обязан платить даже в том случае, если он отказывается принять товар. При этом для транспортировки никаких таких обязательств Газпрома перед Нафтогазом не предусмотрено.
Как видим, мы имеем дело с двумя абсолютно некорректными контрактами, которые наносили и продолжают наносить многомиллиардные убытки Украине. И это неоспоримый факт, который невозможно, невзирая на все попытки пиарщикив БЮТ, каким-то образом трансформировать и выдать за позитив для Украины, хотя именно этим они занимаются много месяцев подряд.
С другой стороны, стоит разобраться, а что же привело к подписанию таких контрактов, были ли они вынужденными или, может, стали результатом последовательных, целеустремленных действий обеих сторон?
Как мешал Ющенко
Чтобы разобраться, насколько это утверждение обосновано, нужно вспомнить хронологию событий конца 2008 года.
По состоянию на 17 декабря Газпром и Нафтогаз не имеют контрактов на поставки газа в Украину в 2009 году. Даром что в соответствии с меморандумом глав правительств Украины и России, подписанным 2 октября 2008 года, должен состояться переход на прямые долгосрочные отношения между Газпромом и Нафтогазом Украины с 1 января 2009 года. Однако условием выполнения положений документа является полное погашение Нафтогазом всей имеющейся задолженности за поставленный газ. И это ключевое требование меморандума украинским правительством не выполняется. По состоянию на 16 декабря Нафтогаз не рассчитался даже за газ, поставленный в сентябре-октябре 2008 года.
И «виноваты» в этом не правительство Тимошенко и Нафтогаз, а Президент Виктор Ющенко. «Виновник» был вынужден лично вмешаться в процесс расчетов. После переговоров с представителями МВФ принимается решение, что это будет сделано за счет резервов НБУ, который для этого осуществил рефинансирование Ощадбанка, а тот, в свою очередь, дал кредит Нафтогазу.
К 18 декабря Ющенко был уверен, что вопрос урегулирован. Нафтогаз погасил задолженность за газ, поставленный в сентябре-октябре 2008 года и Украина не имеет просроченных долгов по расчетам с Газпромом. “Таким образом, на сегодня этот вопрос решен”, – сказал тогда Ющенко.
Однако Газпром в тот же день сделал заявление о том, что с 1 января 2009 года может прекратить поставки газа в Украину.
«Украина, переведя Газпрому $800 млн. за поставки газа, сообщила российской компании, что до конца года больше не будет платить за поставки топлива (за ноября-декабрь)», – заявил СМИ официальный представитель Газпрома.
И дальше: «с учетом того, что долг за поставки газа не будет погашаться, будет невозможен переход на прямой контракт НАК “Нафтогаз Украина” с Газпромом с 1 января 2009 года».
«Таким образом, не имея контракта на поставки газа, Газпром с 1 января 2009 года может прекратить поставки газа на Украину» – цитировали СМИ газпромовца.
Такая ситуация неопределенности с оплатой за газ остается до 30 декабря.
Попытки договориться с Россией об уплате за газ, поставленный Газпромом в ноябре-декабре, ни к чему не привели.
«Достичь договоренности с Украиной по поводу проблемы оплаты долга за газ пока не удалось», – заявил тогда премьер России Владимир Путин.
«Только что разговаривал с Виктором Андреевичем (Ющенко) почти час. Пока не договорились”, – объявил Путин 29 декабря 2008 года в Москве.
Отвечая на вопрос, почему не договорились, Путин заявил: “Платить не хотят”.
Учитывая такую ситуацию, «главный виновник» Ющенко проводит 29 декабря совещание с председателем НБУ Стельмахом и министром финансов Пинзеником. По его итогам принимается решение: Нафтогаз опять рассчитается по своим обязательствам за счет резервов Нацбанка.
“Благодаря усилиям и скоординированным действиям президента, правительства, НАК “Нафтогаз” и Нацбанка Украина полностью рассчиталась за импортированный российский газ в 2008 году, – отмечалось в сообщении пресс-службы Президента. – Проведены платежи не только за ноября месяц, но и авансовый платеж за декабрь 2008 года. Таким образом устранены все преграды для заключения взаимовыгодных конструктивных договоренностей с российскими партнерами о поставках импортного природного газа украинским потребителям в 2009 году”.
Так почему в декабре сложилась такая ситуация с расчетами? Зачем Нафтогаз и правительство принимали решение наращивать объемы закупки газа на протяжении последних месяцев 2008 года, осознавая, что в условиях падения экономики и сокращения газопотребления платить за него будет нечем?
Ответ на эти вопросы можно найти в тогдашнем комментарии Виктора Ющенко:
“Проблема в том, что правительство в этом году решило сформировать наибольшие запасы газа. Очевидно, логика была такой: цена газа в следующем году непрогнозируема, она может быть еще выше. Целесообразно было бы газ по цене 179,5 дол. закачать в хранилища и им покрывать баланс потребления 2009 года… Схема хорошая, идеальная при условии, если рассчитываться за тот газ, который поставляется как сезонная необходимость. Проблема правительства и Нафтогаза в том, что он накопил сезонный газ, который не использован и который некому оплатить, потому что нет потребления… Этот газ брался тогда, когда газ на рынке никто не покупал. И таким образом давались рабочие места, в том числе и в России, для тех, кто добывал газ. Но это эмоции. Я убежден, что за каждый куб газа Украина должна быть обеспечена платежом”.
Это объяснение Президента, опубликованное в СМИ. У меня же по поводу того, зачем это делалось главой правительства, немного другое объяснение, но об этом позже…
Если же согласиться с логикой Ющенко, то появляется вопрос: на что рассчитывала госпожа Тимошенко, когда принимала решение о закупке этого газа заранее? Она не могла не понимать, что Нафтогазу и правительству платить за него нечем. И очевидно, что это решила именно Тимошенко, а не Нафтогаз. Такого веса решение принимается на уровне руководства правительства, а не государственной компании.
При этом представители российской власти и Газпрома во второй половине декабря 2008 года неоднократно весьма уверенно заявляли, что Украина не рассчитается за газ, поэтому снабжение будет прекращено, или, по меньшей мере – будет осуществляться не по прямому контракту между Нафтогазом и Газпромом. Одновременно еще с ноября 2008 года по европейским столицам разъехались эмиссары российского правительства, которые настойчиво убеждали своих визави, что с января у них могут возникнуть проблемы с поставками газа именно по вине Украины.
Какая, знаете, удивительная прозорливость.
И интересно, кто бы должен был понести ответственность за прекращение поставок газа с 1 января в связи с непогашением долгов за купленный газ? Неужели опять же Виктор Ющенко?
Ющенко отозвал с переговоров главу Нафтогаза
Одним из наиболее весомых доказательств вины Президента Ющенко госпожа Тимошенко, а за ней и вся бютовская пропагандистская рать, называет то, что 31 декабря 2008 года Ющенко отозвал главу Нафтогаза Олега Дубину с переговоров в Москве.
Можно посмотреть по всем Интернет-форумам, какую бурную активность развили бютовские активисты после того, как появилась информациям (якобы из источников Генпрокуратуры) о том, что это подтвердил Олег Дубина на очной ставке с Тимошенко в прокуратуре. Хотя уверен, что эти сведения попали в СМИ именно из бютовских источников. Там, похоже, не совсем понимая, что к чему, считали, что такая «утечка» играет в интересах Тимошенко и дискредитирует Ющенко.
Но все как раз наоборот.
Сама эта информация не нова. Об отзыве Дубины стало известно еще 31 декабря 2008 года. По данным СМИ, бывший глава НАК на очной ставке показал, что в конце 2008 года Тимошенко и премьер России Владимир Путин достигли договоренности о продаже Газпромом Нафтегазу в 2009 году газа по цене 235 долларов.
Должны обратить внимание на то, что во всех заявлениях, которые делались до 31 декабря 2008 года руководством России, называлась другая цена – не 235 долларов, а 250. Даже в канун подписания январских соглашений Путин в беседе с редакторами ведущих СМИ Германии говорил: “Я лично предложил премьер-министру Украины: приезжайте, подписывайте контракт по 250 долларов за тысячу кубов, и мы дадим вам право реэкспорта, хрен с вами. Но отказалась”.
Но представим, что так и есть. На публику выносилась информация о предложении для Украины в 250 долларов, а в неофициальном порядке Путин и Тимошенко согласовали цену 235 долларов (на поставки газа именно в 2009 году).
Здесь нужен небольшой комментарий…
Во-первых, по состоянию на 31 декабря 2008 года Нафтогаз не имел задолженности перед Газпромом, а потому должны были бы действовать нормы упомянутого меморандума, подписанного между правительством Российской Федерации и Кабинетом Министров Украины о сотрудничестве в газовой сфере от 2 октября 2008 года. В меморандуме предусматривался поэтапный переход на протяжении трех лет к рыночным экономически обоснованным и взаимосогласованным ценам на российский природный газ для потребителей Украины и тарифов на его транзит через территорию Украины.
Возникает вопрос: отвечает ли среднегодовая цена в 235 долларов этому документу? Никоим образом. Если даже исходить из той одиозной формулы, которая была заложена в контракт на поставки газа, то без учета 20-процентной скидки, предоставленной на 2009 год, среднегодовая цена должна была бы составлять около 270-280 долларов. Может ли кто-то сказать, что 235 дол. являются «равномерным» первым (на протяжении трех лет) этапом от цены в 179,5 к 280 долларов? А если это точно не равномерное повышение цены, то почему вопреки меморандуму, подписанному непосредственно Путиным и Тимошенко, те же самые лица якобы готовы были подписать контракт на газ со среднегодовой (в 2009 году) ценой в 235 долларов? Это при том, что тарифы на транзит газа должны были оставаться неизменными в 2009 году – 1,7 доллара за тысячу кубов на 100 километров. Хотя в соответствии с тем же меморандумом транзитные тарифы тоже должны были поэтапно повышаться до европейского уровня.
То есть в этой части меморандума названные лица его тоже не собирались выполнять. И если с Путиным все понятно, то возникает вопрос: почему на это якобы соглашалась Тимошенко? Пишу «якобы», потому что уверен, что это не те договоренности, которые в действительности были между ними. Они, в лучшем случае, в таком виде сообщались Дубине, ведь тот о них мог доложить Ющенко.
О настоящих намерениях двух премьеров поговорим дальше. А тут остановимся на логике Виктора Ющенко, который, по свидетельству Олега Дубины, не согласился с теми условиями контрактов и отозвал его с переговоров.
Итак, Нафтогазу предлагалось купить у Газпрома газ по 235 долларов, к тому же без изменения тарифа на его транзит. Мог ли Ющенко соглашаться на такой вариант, осознавая убийственный характер цены для всей украинской экономики и самого Нафтогаза?
228 или 233?
Следует напомнить, что среднегодовая цена на газ по итогам 2009 года, которую оплатил Нафтогаз, достигла 233 долларов.
Это при том, что госпожа Тимошенко и все бютовские пропагандисты десятки раз утверждали, что среднегодовая цена в 2009 году составляла 228 долларов. Хотя во время последнего судебного заседания экс-премьер все же сообщила, что согласно справке комиссионной проверки по отдельным вопросам финансово-хозяйственной деятельности НАК “Нафтогаз Украины”, которая была предоставлена по поручению действующего правительства и руководства НАКа, фактический средневзвешенный уровень цен на 2009 год составлял 232,98 долларов за тысячу кубометров.
Вполне очевидно, что эта цифра не была секретом для Тимошенко еще во время ее премьерства. И украинским гражданам она говорила неправду. Но это так, между прочим.
Вернемся к роли Ющенко в этой истории.
Экономические следствия
В результате подписанных газовых контрактов оперативный дефицит бюджета Нафтогаза в 2009 году представители МВФ оценивали в 22 млрд. гривен. Общий дефицит – в 60 млрд. А его убыток до налогообложения на основании консолидированной финансовой отчетности по международным стандартам за 2009 год, размещенной на сайте Нафтогаза, достиг 19,5 млрд. гривен.
И это мы говорим лишь о Нафтогазе. А если вспомнить убытки других предприятий, связанные с таким прыжком газовой цены в условиях экономического кризиса, падения спроса на продукцию украинских товаропроизводителей, и с учетом потерь государственного бюджета и населения, – то общие последствия такой цены на газ для Украины тяжело даже оценить.
Мог ли Президент Ющенко, имея оценочный расчет последствий для украинской экономики в случае покупки газа по цене в 250 долларов, соглашаться на это? Понятно, что не мог. Не исключено, что это предвидела и рассчитывала именно на это и наша российско-украинская «сладкая парочка».
Позиция Ющенко по поводу газовых контрактов на 2009 год была выражена 1 января 2009-го в совместном заявлении Ющенко и Тимошенко о поставках и транзите российского газа.
В нем, в частности, отмечается: «По нашим расчетам, сделанным на основании меморандума, в начале 2009 года цена на российский природный газ для Украины на украинско-российской границе должна составлять $201 за 1 тыс. куб. м, ставка транзита через территорию Украины – не ниже $2 за 1 тыс. на 100 км расстояния. Предложенные Российской Федерацией условия повышения цен на газ до $250 с учетом резкого падения мировых цен на нефть является фактическим установлением для Украины среднеевропейской цены на природный газ. В то же время российская сторона предлагает сохранить ставку транзита $1,7, что более чем вдвое ниже среднеевропейских показателей».
На что рассчитывал Ющенко, когда предложил Тимошенко подписать это заявление? Очевидно, он думал, что в вопросе газовых контрактов украинская власть должна иметь консолидированную позицию, направленную на защиту интересов Украины. Кроме того, учитывая заполненные газовые хранилища, он считал, что позиции Украины на переговорах сильны, как никогда за много лет. Имея в хранилищах газ, которого хватало почти на полгода, Украина оказывалась в значительно более выгодных условиях, чем Газпром. Нафтогаз отработал технологическую процедуры и имел возможность развернуть в реверсивном режиме газотранспортную систему и обеспечивать собственных потребителей газом.
Со своей стороны Газпром, который и так столкнулся в последние месяцы 2008 года с существенным падением спроса на газ не только в Европе, но и в самой России, не имел куда девать добываемый газ. Кроме того, ответственность за его поставку европейским потребителям возлагалась на Газпром, и никоим образом не Нафтогаз, поэтому именно у него возникали проблемы отношений с контрагентами. Следовательно, по логике Виктора Ющенко, все играло в интересах сильной позиции Украины на переговорах с Газпромом. Он и его команда все это оценили. Вот только не учли, что их партнером в этой борьбе за национальные интересы является премьер-министр Украины Юлия Тимошенко. А ее личные интересы были совсем иные.
И если говорить о вине Виктора Ющенко, то она заключается как раз в том, что, начиная защиту украинских интересов, он забыл, в какие игры играет. Он обязан был помнить и учитывать, какими тесными уже на тот момент были отношения между Путиным и Тимошенко.
В действительности они обыграли Ющенко очень легко. Правда, главным в проигрыше был и остается народ, который расплачивается потерей работы, доходов, ростом цен, потерей суверенитета над частью территории Украинского государства.
Борис Кушнирук, экономист
УНИАН
