Представители Министерства культуры  Российской Федерации подписали двустороннее соглашение с Болливудом, крупнейшая в мире кинофабрика,  о совместном кинопроизводстве. Запоют ли русские актеры и начнут ли в Индии танцевать под «Во поле березка стояла», рассказал нам киновед Давид Шнейдеров.

Эксперт считает, что совместная продукция — это хорошо.

— Это современный мировой тренд — создание художественных фильмов при участии кинематографистов разных стран и континентов, — анализирует Давид Шнейдеров.

Дорогу в Индию проложил режиссер Алексей Петрухин, сняв третью часть «Вия», где герои путешествуют по водам великого Ганга.

— У Индии богатейшие кинотрадиции, у России — они ничуть не меньшие. Это определенно будет плодотворное сотруничество, — отмечает Шнейдеров. — Мы можем ожидать совершенно нового уникального кино.

Ежегодно Болливуд производит просто огромное количество картин. В этом он давно уже обогнал даже «конвейер блокбастеров» Голливуд. А вот «зарплаты» индийских звезд несравнимы с гонорарами западных.

Например, самый оплачиваемый актер Болливуда Шах Рукх Кхан получает за фильм 7 крор — около 1,5 миллиона долларов. Примерно такую сумму самый востребованный российский актер Сергей Безруков зарабатывает за год. Для сравнения, Леонардо ДиКаприо платят по 10–15 миллионов долларов за роль.

— Мы можем почерпнуть у индийских киноделов их опыт музыкального кино, — объясняет Шнейдеров. — Заграничные коллеги познакомятся с нашей уникальной школой актерского мастерства. Сотрудничество внесет новую струю в кино обеих стран.

Так же в пользу совместного производства говорят успешные проекты, родившиеся на стыке двух великих культур. Например, громко нашумевший «Фауст» Александра Сокурова — проект России и Германии. Одна из главных отечественных премьер этого года — «Нелюбовь» Андрея Звягинцева — снималась совместно с французскими кинемотографистами.

К тому же индийские фильмы на русском языке хорошо знакомы российскому зрителю. Легендарного «Танцора диско» или «Зиту и Гиту» мы отлично помним.